Инквизитор | Глава 13

Великий Инквизитор Джакомо Романо ди Тревизо ди Рениери сел в предложенное дубовое кресло, скрестил ноги и с наслаждением потянулся. 

— Сколько всего погибло от заразы жителей, Дюруа? 
— Двести четырнадцать человек, — ответил сенешаль, наливая себе вина. — Те, кто пренебрег советом ведьмы и не стал использовать хлебную плесень, я полагаю. 
— И это — на всю Нарбонну за два месяца? Невероятно! 
— Жюстин спасла целый город, — согласно кивнул Робер, накануне вернувшийся в Нарбонну. — Помимо советов, прозвучавших в базилике тогда, на проповеди, она спасла лично семьдесят четыре человека. Я видел это сам, я присутствовал при этом! 
— Жаль, что сама она… — поникшим голосом проговорил Дюруа. 
— Да, очень жаль. 

Наступило молчание, прерываемое только тихим треском ольховых поленьев в очаге. Временами кардиналу казалось, что это Мадонна с цветком гвоздики, что смотрела на него с холста на стене, укоризненно шепчет: “Не уберег”.

— Городская казна готова оплатить обелиск, — подал, наконец, голос сенешаль. — Я разговаривал с господином Ксавье. Он заверил меня, что все сделает в лучшем виде. И отказался от денег, — добавил он. — Весь город знает, кто такая Жюстин Фиори. 
— Ей было бы плевать на вид, — проворчал Робер. — Для кого он нужен, этот вид? 
— Для потомков, — веско заметил Романо. — А что еще мы можем сделать для бедной девушки? 
— Высечь себя плеткой? — ехидно предположил Дюруа. — Как это заведено у вашего брата, знаете ли. Чтобы разделить ту боль, которую ей причинили во время вашего дознания… 

Робер ударил ладонью по столу и зарычал. 

— Если бы это могло помочь, я бы высек!.. Я бы руку себе отрубил, я бы в огонь шагнул, если б это ее вернуло! Только поздно уже для этого. Бессмысленно. Да и Жюстин не верила в такое запоздалое раскаяние! О, как мало вы ее знали… 
— Мало, — подтвердил Дюруа. — Считай, вообще не знали. Может, Вы нам откроете краешек этой тайны? Кто она на самом деле? 

Кардинал не ответил. 

Наверное, он и сам не знал.

Наверное, никто в этом мире не знал. Кроме, возможно… 

— Вероятно, немного света на этот вопрос смог бы пролить епископ Де Шабри, — предположил Романо. 
— Который спешно отбыл в другой город два месяца назад, — спокойно заметил Робер. 
— Который отбыл в другой город, — с непроницаемым лицом повторил Дюруа. 

Великий Инквизитор понял, что сенешаль тоже каким-то образом поучаствовал в отправке Де Шабри в это путешествие, но смолчал. Впрочем, смолчал столь красноречиво, что Дюруа поспешил сменить тему. 

— Касаемо Вашего прошения об усыновлении Кристофа Колиньи́: я подписал все бумаги. Его опекуны не против. Кажется, они страшно обрадовались, что в доме станет меньше ртов. Как только Вы уйдете с церковной службы… 
— Я уже ушел, — перебил его Робер. — Уведомление отправлено в Рим. 

Дюруа довольно прищелкнул пальцами. 

— В таком случае, можете приступать к обязанностям родителя хоть с этого дня. Запишем мальчика на вашу фамилию? Робер? 

Тот покачал головой. 

— Запишите: Кристоф Фиори. Своей жизнью он обязан Жюстин.
— Интересная фамилия, да, — задумчиво проговорил сенешаль. — Не из наших мест. Кстати, и имя тоже… Я про ее второе имя, — пояснил он, увидев удивление на лицах собеседников. — И каменщик поинтересовался, откуда оно у простолюдинки… Как там, Эквиллия? 
— Скажите ему, что это не его ума дело, — отмахнулся кардинал. — Его задача — обелиск. Вы объяснили ему, какой нужен рисунок и надпись? 

Дюруа кивнул. 

— Ксавье точно решил, что Жюстин была из знатной семьи. Второе имя, герб, девиз… 
— Жюстин было бы плевать, что там он себе придумал, — проворчал Робер. — И это не герб и не девиз. Просто рисунок. 

И просто слова.

— А что Святой Престол? — спросил сенешаль у Романо. — Не будет ли он против, что на кладбище, а не за оградой, да еще и рядом с добрыми католиками похоронена… — Дюруа замялся, подбирая такое обтекаемое слово, чтобы не вызвать гнев священнослужителей. 
— Ведьма? — с готовностью подхватил Великий Инквизитор. — Нет. Не будет. Потому что ее деяния больше напоминают о святых, чем о чернокнижниках. Потому что Жюстин за свою короткую, но яркую жизнь спасла людей больше, чем иные священники за целый век. Потому, что я самолично представлю и докажу в Риме то, что им пора бы узнать о таких людях. Если бы не воля Жюстин быть похороненной на Римском кладбище, я добился бы, чтобы ее мощи остались в Сен-Валери или в новом соборе — когда-нибудь же его достроят! Потому что… — Романо махнул рукой, имея в виду, что готов найти еще сотни доводов, но всем все должно быть и так понятно. 
— Семьдесят пять, — негромко произнес Робер и пояснил, — Жюстин исцелила в тот день семьдесят пять человек. Если считать исцеление Вашей души, Великий Инквизитор. 

Романо согласно кивнул. 

— Думаю, да. И не называйте меня так больше, Робер. Я тоже отправил уведомление об отречении. 

Бывшему кардиналу показалось, что Мадонна с цветком гвоздики, что смотрела на них с картины на стене, одобрительно улыбается, а в ее серых глазах притаились веселые искорки. 

<< Предыдущая глава | Следующая глава >> | Оглавление | Другие книги | Благодарности | Донаты (CloudTips)